Мы только что сказали, что в жимолости стыдливой, которая выросла в золотоносных районах, обнаружено в золе золота больше, чем обычно. Обратите внимание на конец фразы: «больше, чем обычно». А каково обычное содержание того или иного элемента в телах животных и растений?

В нашей стране этим интересным вопросом занимается выдающийся исследователь академии А. П. Виноградов со своими сотрудниками. Они изучили химический состав морей и почв в разных районах. Эти исследования позволили по достоинству оценить огромную роль рассеянных химических элементов, которую они играют в жизни растительного покрова, животных и человека. Подобно тому как из отдельных светящихся точек на телевизионном экране складывается яркое изображение, из мозаики тысяч определений химического состава вод и анализов отдельных образцов почв обрисовывались контуры химического строения поверхности целых континентов.

Растительный и животный мир остро отвечает на недостаток или избыток того или иного химического элемента. При высоком содержании в почвах бериллия у животных возникает, например, так называемый бериллиевый рахит. Если не хватает бора, свекла заболевает гнилью сердечка.

В этом блоге, где, казалось бы, на первом месте должны быть рассказы о металлах, мне хочется рассказать о цветах.

Представьте себе человека, который бредет не спеша по лесной опушке, время от времени нагибаясь и срывая цветок. Кто это? Отдыхающий из местного санатория? Любознательный ботаник? Собиратель лекарственных трав?

0

Нет, это разведчик-геолог.

Но что же это за странный предмет поисков — цветы?

В даль времен уходят первые указания на жимолость стыдливую как на вестник золотых россыпей, таящихся под покровом лесов. Но вот в тайгу пришел геохимик со своим спектроскопом. И это скромное растеньице, ботаническое название которого «lonizera confusa», вдруг подтвердило старую легенду. Сгорая в пламени горелки спектроскопа, она засвидетельствовала четкими линиями золота, что действительно в районах золотых россыпей содержание этого элемента в золе во много раз превышает обычное его содержание.

Как это просто: сорвать цветок, исследовать состав его золы с помощью спектроскопа и в случае благоприятных показаний начать бурить разведочные скважины!

Но, как обычно бывает в науке, просто об этом только рассказывать.

Скромно тикающие на нашем запястье часы — это один из самых сложных и совершенных механизмов. Заглянем внутрь часового механизма.

Вращая заводную головку, мы заводам часы: колесики и трибы механизма завода часов начинают вращаться и приводят в движение барабанное колесо и валик.

Заводная пружина накручивается на валик. Теперь она — двигатель. Раскручиваясь, пружина приводит в действие систему энергопередачи: заставляет вращаться барабан, движение его передается трибам и колесам и, наконец, доходит до анкерного колеса, которое делит на порции подводимую к нему энергию.

Поворачиваясь, анкерное колесо давит на камень одного из концов анкерной вилки. Вилка повернулась и ударила по рубиновому камню, запрессованному в двойной ролик, сидящий на оси баланса. Баланс начал вращаться. А анкерная вилка, упираясь в анкерное колесо, заперла всю колесную систему, и колеса остановились.

Двигаясь в одну сторону, баланс закручивает волосок, который накапливает при этом энергию. Раскручиваясь, волосок заставляет баланс двигаться в обратную сторону.

Баланс возвращается на место. В этот момент камень опять, входит в паз анкерной вилки. Вилка поворачивается, освобождает зуб анкерного колеса, и вся колесная система вновь задвигалась, — все стрелки часов передвинулись.

Анкерное колесо давит теперь другим своим зубом на камень другого конца вилки, и цикл повторяется. И так будет до тех пор, пока пружина не израсходует накопленную энергию.

Энергия, как мы знаем, — это движущее начало всех производств: на расширении ее источников основана вся современная цивилизация; между тем сама энергетика — сами способы добывания энергии — за многие тысячелетия существования человечества, по существу, не изменилась ни на волос. Пламенеющая топка сверхсовременной электростанции совсем не так далеко ушла от костра первобытного человека, как это может показаться на первый взгляд. В обоих случаях источником энергии является горение растительных и животных останков, будь то дрова, или уголь, или нефть, выжатая в земных глубинах из древних слоев. Усовершенствованы только способы добычи, перемещения и использования этого топлива. Этим человечество успешно занималось последние 50—100 лет. Но сам по себе процесс извлечения энергии из топлива оставался неизменным. Эта энергия получается за счет работы слабых сил сцепления, действующих между поверхностными слоями атомов углерода и кислорода, вступающих между собой в соединение.

С появлением атомной энергетики, которая родилась буквально на наших глазах, был сделан первый шаг к отысканию новых источников энергии.

Мы с вами в той заповедной лаборатории, где впервые на Земле просверкала огненная нить звездного вещества. На какие-то ничтожные, неуловимые для человеческих чувств мгновения здесь возник неимоверный, непредставляемый миллионноградусный жар звездных недр, и мельчайшие атомы соединили свои ядра, извергая кванты энергии. О таких именно процессах доносит нам вести тихое сияние созвездий. Таков источник живительного тепла солнечного луча.
Как же не радоваться первому родничку звездной энергии, который — пусть пока что на долю мгновения — удалось пробить здесь, у себя под руками!

Скоро ли сумеем мы вывести зтот родничок в русло могучей многоводной реки «земнозвездной» энергии, запряженной, как полагается, то ли в стальную рабочую сбрую фабрик электричества, то ли превращенную в стремительность полета межпланетного корабля?

Точных сроков этому никто установить не возьмется. Но мы твердо уверены: наша наука, подкрепленная всей мощью современной техники, способна с такой быстротой проходить самые головоломные маршруты, как зто и не мечталось предшествующим поколениям. Есть у нас и умение собирать главные силы на решающем направлении. Важно только правильно угадать его.
Звездная молния, о рождении которой здесь будет рассказано, думается, бьет в эту главную цель... Во всяком случае, те, кто ее низвел на Землю, нисколько в этом не сомневаются.

Тема сегодняшнего дня основана на использовании той энергии, которая заключена в ядрах атомов самых тяжелых элементов, находящихся в конце периодической системы Менделеева, в первую очередь урана. Ядра этих атомов могут распадаться на осколки меньшей величины. При этом выделяется очень большая энергия. И мы уже научились практически использовать ее, примером чему может служить первая в мире советская атомная электростанция.

Атомная энергетика развивается, и мы связываем с ней многие надежды. Как известно, при полном делении одного грамма урана освобождается столько же энергии, сколько ее можно получить, сжигая 2,5 т угля. Поэтому, несмотря на то, что содержание тяжелых элементов, способных к делению, в земной коре сравнительно невелико, их запасы могут обеспечить человечество энергией на протяжении многих тысячелетий.

Значит ли это, что здесь можно сказать: "Стоп, довольно искать"?

На этот вопрос, заданный несколько лет назад самому себе, академик Лев Андреевич Арцимович, выражая мнение всех передовых ученых, отвечает: "Разумеется, нет! Никакие новые источники энергии не являются лишними." И ученые продолжали поиски.

Знаменитый путешественник Кук, приплыв впервые в Австралию, был удивлен странным видом неизвестного ему животного, высоко прыгавшего на длинных задних ногах. Кук спросил у австралийцев, как называется это животное.

«Кенгуру, кенгуру!» — отвечали дикари.

Этим именем и стали называть увиденное Куком животное. И только значительно позднее Кук узнал, что восклицание «кенгуру» значило на местном наречии: «Я не понимаю!»

***

Перед едой надо мыть руки. Но однажды нарушение этой истины принесло пользу. В 1876 году русский химик К. Фальберг работал над производными крезол-сульфамидов, полученными химиком Анной Волковой. Как-то раз Фальберг пошел обедать, не вымыв предварительно рук, и во время еды почувствовал необыкновенно сладкий вкус. Подвергнув анализу содержимое сливной чашки, служившей ему во время лабораторной работы, Фальберг получил вещество, названное им сахарином.

Теперь сахарин, который в 500 раз слаще сахара, имеет довольно широкое применение в кондитерской и фармацевтической промышленности.

«Чем был вызван грохот, раздававшийся в московском небе в июне этого года?» — с таким вопросом обратились мы к профессору Г. И. Покровскому.

При полете самолета со скоростью меньше звуковой звуковые волны обгоняют самолет (рис. 1). Если скорость полета равна звуковой, звуковые волны образуют перед носом самолета так называемый звуковой барьер (уплотнение воздуха), движущийся вместе с самолетом (рис. 2). Новые реактивные самолеты, которые в июне, готовясь к воздушному параду, летали около Москвы, движутся со скоростями, значительно превосходящими скорость звука. На такой скорости звуковые волны отстают от самолета и, складываясь друг с другом, создают мощную коническую волну (рис. 3). Баллистическая волна способна произвести некоторые разрушения. Поэтому полеты самолетов со сверхзвуковой скоростью на малых высотах запрещены.

Вот что скрывается за кажущейся простотой приемов флористически-почвенных, как их называют, методов поисков полезных ископаемых.

Этот метод прошел надежную проверку. Одну из таких проверок ему учинил известный биогеохимик Д. Малюга на Южном Урале. Прежде чем перейти к разведкам новых месторождений, он детально обследовал этим методом уже известные рудные залежи никеля. Скромная анемона рассказала с помощью спектроскопа, как залегают рудные поля.
Как осуществляются подобные исследования?

Изучаемые образчики растительности тщательно, с учетом всех условий, о которых мы уже говорили, спектроскопируются. Данные спектрального анализа наносятся на карту. Одинаковые данные соединяются линиями, которые, как во всех подобных случаях, называют изолиниями. Изолинии, соединяющие точки наивысшей концентрации искомого элемента в изучаемых растениях, с большой степенью точности обрисовывают контуры рудных тел, залегающих на глубине от 15 до 30 метров.

Древняя легенда о цветке папоротника, будто бы вспыхивающем в Иванову ночь над погребенными кладами, в наши дни нежданно приобрела новый смысл. Цветы открывают месторождения олова и вольфрама, хрома и урана.

...Мы начали рассказывать о цветах, а кончили металлами. И это не случайно. Ведь металлы нам очень нужны.

«Микроэлементов», как их называют, поскольку речь идет о ничтожных их количествах, — достаточны, чтобы в каждом из подобных случаев излечить болезни, вызванные недостатком этих элементов в среде.

Обнаружены вместе с тем интересные растения, которые принадлежат к числу так называемых организмов-концентраторов. Они могут содержать один или несколько микроэлементов в количестве, превышающем его среднее содержание в обычной флоре в сотни и тысячи раз. Но все эти отдельные наблюдения оказались слишком зыбкой почвой для того, чтобы на их основе могли быть поставлены серьезные геологические разведки.

Положение коренным образом изменилось после того, как были выполнены уже упоминавшиеся нами глубокие обследования химического состава водоемов, почв и организмов и стало возможным говорить о каком-то нормальном их химическом составе. Только после этого приобрело смысл представление о «повышенном» содержании того или иного химического элемента в растениях.

Размеры содержания отдельных микроэлементов могут колебаться в зависимости от условий. Значит, нужно знать эти условия.

Одни химические элементы легко проникают из глубинных залежей в верхние слои почв, где их могут поглощать растения. Для других этот путь затруднен. Чтобы разобраться в каждом отдельном случае, искателю нужно представить себе геологическую историю местности и составить себе общее представление о том, как чередуются подстилающие почву породы.